Кампучия 70-х

24 июля 2014 - Жека Джон
Худой мужчина с подвижным нервным кампучийским лицом играет на домашнем фортепьяно и поет. Иногда он берет с табурета трубу или поворачивается к стоящему рядом барабану, один заменяя целый оркестр.
Этот мужчина — Мам Бутно Рей, единственный кампучийский оставшийся в живых музыкант. И единственный уцелевший при полпотовском режиме композитор и поэт.
-Что-нибудь известно о судьбе ваших коллег? — спрашиваю я Мам Бутно Рея после окончания его выступления. Он отвечает медленно и словно бы нехотя:
 
-Известно немного и о немногих. Хак Сокана, виртуозного скрипача, задушили полпотовские палачи. Син Сисамут, один из лучших певцов страны, умер от голода. О других я пока ничего не знаю.
У меня нет оснований не верить услышанному, но такое не укладывается в сознании: на всю страну остался один музыкант, двадцать врачей (когда-то в Пномпене их было свыше четырехсот), несколько десятков учителей. Никакие материальные потери, никакие разрушения не могут сравниться с этим ущербом — беспричинно, бессмысленно уничтоженными полпотовской кликой людьми. Миллионами людей.
Странно видеть разрушенные или превращенные в тюрьмы, казармы, склады здания институтов, школ, библиотек. Но какими словами передать чувства, которые я испытывал, слушая рассказ учительницы Бун Нарим в одной из пномпеньских школ?!
-Солдаты бывшего режима сожгли учебники, изрубили топорами парты, и приходится заниматься за длинными столами, — рассказывала она. — Я тут пока в единственном числе.
-Одна учительница на полторы тысячи школьников?
— А что делать? — грустно разводит руками Бун Нарим и добавляет: — Сейчас в Пномпене действуют специальные преподавательские курсы, и месяца через три-четыре в нашу школу прибудет пополнение.
И от того, как спокойно, даже буднично, она это говорит, мне хочется склониться и поцеловать руку этой миниатюрной усталой женщине, чем-то помочь ей сейчас, сию минуту, как-то. подбодрить, хотя я и понимаю, что бодрости, той скорбной бодрости, которая помогает преодолеть самые страшные испытания и начать «се сначала, ей не занимать.
… Над эстрадой красное полотнище со словами: «Да здравствует социалистическая Кампучия!» Вокруг — сотни людей. Звучит музыка, ритмичная и веселая. Эстраду охраняют бойцы народной армии: враг может попытаться сорвать концерт — первое после победы представление для жителей столицы.
— Теперь ламтхонг, — объявляет Мам Бутно Рей.
 
В плавном национальном танце, похожем на наш хоровод, по традиции принимают участие и артисты и зрители — так здесь заполняются паузы между выступлениями. На эстраду забрались даже двух-трехлетние ребятишки, старательно повторяя замысловатые движения рук взрослых — основу танца ламтхонг. Худой старик а черном тюрбане, опиравшийся на палку, тоже не выдержал. Поставив свой посох у дерева, он с помощью бойцов поднялся на подмостки и, прихрамывая, присоединился к танцующим.
 
И вот в глазах танцующих людей, пока еще грустных, все чаще и чаще вспыхивают искорки радости — кончился кошмар, нет больше страха, впереди будущее, полное надежд, впереди жизнь. Кампучийцы слишком хорошо знают цену этому слову — «жизнь».
 
Движения многих из тех, кто поднялся на эстраду, угловаты, неуверенны, скованны, ведь почти четыре года танцевать в стране запрещалось. И отдыхать тоже запрещалось. И может быть, поэтому на лицах танцующих радостное удивление. Вот так эапросто можно прийти на концерт и даже принять в нем участие. Возможно ли было мечтать о таком еще несколько месяцев назад?! Об этих песнях. Об этом древнем и неумирающем, как сам народ, танце ламтхонг под красным полотнищем со словами: «Да здравствует социалистическая Кампучия!» Как много им предстоит сделать, чтобы эти слова стали действительностью. Да что там — «много»! После освобождения Кампучии все пришлось начинать заново. До приезда в Кампучию мне было трудно представить масштабы того, что надо сделать. Это нужно было увидеть. Увидеть собственными глазами!
 
Мне вспомнился тот первый день, когда я ступил на освобожденную кампучийскую землю. Нам повезло — мы приехали туда в канун традиционного кампучийского праздника Нового года, который здесь встречают в середине апреля. Кампучийцы в этот раз встречали Новый год впервые после четырех страшных лет.
Рейтинг: 0 Голосов: 0 546 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!